Sacramento Weekly
                                    Russian American Newspaper / Business Directory / Classified / Advertising
Home
Business directory
Classified
Advertising
About Us

 

 


facebook.com/SacramentoWeekly

 

Get the latest news on your email !
Subscribe Now | Подписаться
 Archive
Read newspaper online / Читать газету

Я еще маленькая-премаленькая

 

 

Я еще маленькая-премаленькая, Господи, но скажи мне, только честно... “почему люди вначале влюбляются, а потом тихо плачут?” ("Дети пишут Богу", М.Дымов). Мне маму очень жаль, красивая-прекрасивая она у меня, и очень добрая, но... постоянно грустная, и все плачет и плачет она по ночам. Я раньше не знала, а потом вдруг проснулась и узнала, как больно ей плакать. С тех пор и помогаю я маме... плакать, хоть и совсем маленькая я еще; и знаешь, Господи, маме легче становится, когда мы вместе поплачем и помолимся. И так долго-предолго уже грустим и плачем мы вместе с мамой... только, чтоб папа не видел! А то знаешь, злится он сильно-пресильно... когда плачем мы за него... И знаешь, Господи, хоть и странным Тебе это покажется, но папе моему... маму совсем не жалко! Хоть и верующий он, и даже в церковь ходит... и даже чаще чем мы с мамой ходит!

Как-то я бабушке своей, по большому-пребольшому секрету рассказала, что мама, из-за папы, больно-пребольно плачет. И что вчера папа страшно кричал на маму, а потом даже чуть не ударил ее, но вдруг меня заметил... Я в дверях стояла и сильно-пресильно плакала, аж задохнулась почти от плача! Думала даже, что умру от боли... так сильно я плакала тогда за маму! Но бабушка мне строго-престрого велела никому/никогда об этом не рассказывать, а то папу накажут и отстранят от служения в церкви. А он не перенесет этого. И всем стыдно-престыдно будет, и она этого позора не выдержит. Бабушка ведь моя хорошая, она ведь всю жизнь свою поет в хоре церковном. И все знают ее... и папу, и что семья наша приличная/примерная, и что папа наш проповедник очень ревностный, он даже на миссию часто-пречасто ездит. Раньше я сильно-пресильно скучала, хоть и не играл он со мной давно уже. А в церкви он хороший-прехороший и добрый-предобрый ко всем! Ты ведь сам все знаешь и видишь, Господи! А Ты папу своего слушал в детстве? Твой папа часто играл с Тобой? Он крепкий-прекрепкий был? Носил Тебя на руках? Долго-предолго? И Тебе хорошо-прехорошо было?! А я... знаешь, Господи, я уже даже не помню, когда мы с папой гуляли вместе... прости, что я снова заплакала... маленькая-премаленькая я ещё... Очень прошу Тебя, Господи, скажи только мне по секрету, я никогда/никому не скажу, Ты ведь знаешь! А папа меня еще... любит?!

И еще скажи мне, Господи, только честно-пречестно скажи мне! А я Тебя не сильно позорю? Или только чуть-чуть? Тебе за меня не стыдно? Совсем не стыдно? Скажи, только честно... Я ведь плохо-преплохо учиться стала. Совсем от других отстала... Сижу на уроках, а все мамины слезы слышу... И все вижу, вижу и вижу их... слезы мамины! Я даже не знала, что мамины слезы так сильно плачут, и что их видеть можно так сильно-пресильно! И не замечаю я, как сама уже плачу, прямо на уроке плачу, и слез сдержать никак не могу! И так мне больно внутри, так страшно и одиноко вдруг становится! И никого... никого не вижу/не слышу уже, даже учителя – одна темнота вокруг, и тишина... и страшно-престрашно, и больно-пребольно мне, как вспоминаю слезы... и маму! Я ведь маленькая-премаленькая еще, Господи, прости меня, видишь... опять заплакала! Правда, я много раз пробовала не плакать, но все плачу и плачу. Папа стал говорить, что я и так некрасивая, а когда плачу то... Аж жить иногда не хочется, так больно-пребольно мне, Господи! Всем радостно вокруг, все играют/смеются, а я сижу одна и... тихо-претихо плачу, чтобы никто не слышал... Странная - говорят обо мне, заторможенная какая-то, с нервами у нее что-то не в порядке... И что мне с собой поделать, Господи?

А еще... брат у меня есть, Господи, он большой уже... почти, и сильный-пресильный! И знаешь, он всегда меня жалеет и защищает, особенно когда я плачу... Ты не обижайся на него, Господи, что курит он иногда... и злой бывает. А по-настоящему... он хороший... и сердце у него доброе-предоброе! А знаешь... как он собачек любит, особенно бездомных и бродячих?! Честное-пречестное! Я сама видела! И кормит их постоянно, и играет с ними... только папа не любит этого, и кричит на него, когда он их домой приводит... А он все равно с ними играет, только чтобы папа не видел... И знаешь, вчера я даже незаметно подслушала, как говорил он с Тобой... и как плакал сильно-пресильно! Я как услышала, так и сама с ним опять заплакала... только тихо-претихо, чтоб не услышал он... сильно не любит плакать он... всегда слезы прячет куда-то. Не плачут пацаны – говорит он мне, но я ему никогда-никогда не верю! Знаешь, я много раз видела в его глазах слезы, только сильный он стал уже, не пускает их на улицу, никогда не плачет! А я не могу удержать слезы, Господи, это потому что я слабая, потому что девочка? Помнишь, как громко кричал и кричал братик мой к Тебе, как за маму и папу плакал сильно-пресильно? “Сделай, чтоб мама и папа помирились. Боженька, помоги, я курить брошу!” ("Дети пишут Богу", М.Дымов). Помоги, Господи, он точно курить бросить! А я учиться смогу, как раньше! Он честный-пречестный! Честнее папы... хоть папа не курит... А потом я даже испугалась, как услышала его уже совсем тихую просьбу за папу нашего: “И чтобы он не кричал и не ругался. А если будет кричать, то онеми его. С немым даже еще лучше”. Не обижайся на него, Господи, он не такой плохой, только следи за ним внимательней, чтобы он ничего не вытворил, и скажи ему, чтобы больше так не просил Тебя... страшно мне, за папу! А в школе он всем говорит, что папка наш самый сильный и добрый, и что герой у нас папка, и что спас папка маленькую-премаленькую девочку зимой... сам чуть не погиб, а девочку спас из холодной-прехолодной воды! Я не помню этого, Господи, но Ты прости его за неправду... И спаси нашего папочку!

Видишь... опять я заплакала, сильно-пресильно... Такая я, Господи, еще совсем маленькая-премаленькая девочка. Мне маму мою очень жаль, красивая-прекрасивая она у меня, и очень добрая, но... постоянно грустная, и все плачет и плачет она по ночам. Я раньше не знала, а потом вдруг проснулась и узнала, как больно ей плакать. С тех пор и помогаю я маме... плакать, хоть и совсем маленькая я еще... Видишь... опять я заплакала, прости... пожалуйста... больно-пребольно мне, Господи! Больно-пребольно!

Иван Лещук, livan@usa.com

Copyright @ 2006 Sacweekly.com. All rights reserved