Sacramento Weekly
                                    Russian American Newspaper / Business Directory / Classified / Advertising
Home
Business directory
Classified
Advertising
About Us

 

 


facebook.com/SacramentoWeekly

 

Get the latest news on your email !
Subscribe Now | Подписаться
 Archive
Read newspaper online / Читать газету

Учитель. Дневник неформального священника, часть 6

 

 

 

Кто не постучался в сердце, тот стучится в дверь напрасно!
Лопе де Вега

"Отпустите учителя! Не бейте! Вот я, берите меня, не бейте учителя! Дюйшен оглянулся. Он был весь в крови... Он закричал: бегите, дети, бегите в аил! Убегай, Алтынай! - и захлебнулся в крике..." (Чингиз Айтматов, "Первый учитель"). Праздник сердца переживал священник, читая повесть Чингиза Айтматова о судьбе молодого учителя. Нет, не со всем соглашался священник с писателем, но образ учителя Дюйшена, мужественно защищающего своих учеников - захватил сердце пастыря. "Бегите, дети, бегите..." - эти слова священник уже однажды слышал, от военного врача-учителя, во время немецкой оккупации. К их селу приближалась дивизия СС, а в старой школе находился госпиталь. Рядом с госпиталем всегда играли дети; они считали врача своим учителем. Немцы наступали и все поспешно уходили. В госпитале оставались лишь тяжелораненые; врач-учитель решил остаться с ними. Ему говорили: «Надо уходить, ведь всё равно немцы раненых всех перестреляют, - а он отвечал: Я не имею права бросить своих больных, я давал клятву Гиппократа». До сих пор звучит в сердце священника властно-спокойный голос врача-учителя, обращенный к детям, играющим перед школой: "Бегите, дети, бегите в лес...". Эсэсовцы вошли в село, обнаружили в школе госпиталь и расстреляли врача, медсестер, раненых...

С тех пор и пронес священник, через всю свою жизнь, твердое убеждение: Учитель, как и врач, как и пастырь - не имеет права уйти, не имеет права бросить своих "овец" на произвол судьбы. Учитель, как и капитан - покидает свое "судно" последним. И если нужно, жертвует собственной жизнью! В анналах истории хранятся подвиги школьных пастырей. Так, во время землетрясения в Японии, учитель Тань Цяньцю, собственным телом закрыл четырех своих учеников. Ученики остались живы, учитель - погиб. Бесланский учитель физкультуры, Янис Канидис, вошел в историю русского народа, как современный Януш Корчак. Канидис был настоящим учителем, и в экстремальной обстановке сделал свой выбор – пошел на верную гибель вместе со своими учениками. Террористы предлагали ему свободу, но он был Учителем и его сердце принадлежало детям. Тело Канидиса было найдено с десятью пулевыми ранениями; террористы застрелили его, когда он пытался предотвратить подрыв гимнастического зала. Бесланский учитель остался со своими детьми до конца.

Такова цена истинного учительства. Учитель готов взойти на плаху за своих учеников, ему открыто, что путь на Голгофу, это путь "где крест не тот - который на грудь, а тот - на который грудь" (Владимир Зыбкин).Истинный учитель уподобляется Христу Спасителю, Который пришел, чтобы послужить и отдать душу свою за учеников своих. В этом и заключается высочайшее призвание и предназначение учителя. Настоящий учитель - это не просто жертвенная профессия. Учитель - это образ жизни, это судьба.

"Давно это было.... На бугре том стоял чей-то заброшенный сарай. А Дюйшен там школу открыл, детей учил..." (Чингиз Айтматов, "Первый учитель"). Зерна искренней правды жизни выискивал священник в повести Айтматова, учился извлекать "драгоценное из ничтожного" (Иер.15:19). Молодой и совсем неопытный учитель, Дюйшен, приезжает в почти забытое советской властью селение Куркуреу. Он полон решимости выполнить главную миссию своей жизни - приобщить детей к знанию. Однако, как и следовало ожидать, энтузиазм учителя встречают враждебно. Но Дюйшен - непреклонен. Он находит в себе и силы и мужество противостать невежественной толпе, привыкшей жить в интеллектуальной темноте. Авторитетные старцы аила всенародно высмеивают Дюйшена: "Слушай, сынок... Мы испокон веков живем дехканским* трудом, нас кетмень** кормит. И дети наши будут жить так же... Грамота начальникам требуется, а мы простой народ. И не морочь нам голову! Вот ты на весь аил кричишь: "Школу буду открывать!" А поглядеть на тебя - ни шубы на тебе, ни коня под тобой, ни землицы вспаханной в поле, хоть бы с ладонь...". От таких слов, и от такой язвительной критики - легко впасть в отчаяние, но только не прирожденному учителю...

Древнего мудреца Сократа унижали не меньше, его дажи прозвали "афинским босяком". А он и не обижался. Философ жил в бедности и не "танцевал" под "ритмы" массового сознания. Сократ утверждал, что на учителя возложена святая обязанность искать и доносить истину, возбуждать мыслительный процесс в людях. И каким бы ни было сопротивление тьмы, учитель должен оставаться совестью общества... Да, мудрыми были древние греки, где бы они ни селились, сразу же открывали школы; по сути, школа у них работала там, где в данный момент находился учитель (педагог). Не потому ли и воздействие греческой культуры распространилось почти неодолимо, и как отмечают историки: "Рим выиграл военные битвы, но греки победили в интеллектуальной войне".

Отверженный сельской общиной учитель Дюйшен - продолжал свою миссию просвещения в далеком киргизском аиле. В атмосфере враждебности и непринятия он своими руками очищает и ремонтирует под школу заброшенную байскую конюшню. "Он перебирался вброд на другой берег с лопатой, кетменем, топором и каким-то старым ведром в руках. С этого дня каждое утро одинокая фигура Дюйшена в черной шинели поднималась по тропинке на бугор к заброшенной конюшне. И лишь поздно вечером Дюйшен спускался вниз, к аилу... Заметив его издали, люди привставали на стременах и, приложив руку к глазам, удивленно переговаривались".

"В те дни люди по темноте своей не придавали значения учебе, а Дюйшена считали в лучшем случае чудаком" (Чингиз Айтматов, "Первый учитель"). Нет, не только в те дни, и не только в далеких аилах (поселениях). И в наше время немало тех, кто в "темноте своей" отвергает движение здравой мысли и просвещения, для них поиск "изящных изречений" (Еккл.12:10) - всего лишь пустая трата времени. И книг они не читают, и к искусству не причащаются, и детей своих лишают интеллектуальной пищи и развития. И не может быть никакого оправдания такому позору! Ведь как пишет доктор Добсон: "Дети отстающие в развитии, возможно, не получили необходимой интеллектуальной стимуляции в ранние годы.Трех-четырех летний возраст - это критический период, когда устанавливается интеллектуальный потенциал ребенка. В мозгу содержится система энзимов, которые должны быть активизированы в течение этого краткого временного промежутка. Если упустить эту возможность, ребенок может так и остаться в состоянии недоразвития". Нужно подолгу разговаривать со своим ребенком, нужно читать вместе с ним книги, даже если он совсем маленький. Дефицит стимулирования - намного страшнее дефицита способностей. Не в этой ли проблеме - "зачем читать?"- и заключается причина духовно-интеллектуального банкротства наших семей и... церквей? Да, это правда, что, порой, "сыны века сего догадливее сынов света" (Лк.16:8). Энзимы, майелин, дислекция, аутизм...? Кому это нужно? SSI, check, dollar, discount, apartment... - эти слова не нуждаются в переводе, даже для самых "духовных" иммигрантов...

"Наверно, мы все любили тогда своего учителя за его человечность, за его добрые помыслы, за его мечты о нашем будущем... Что же еще заставило бы нас каждый день ходить в такую даль и взбираться на крутой бугор, задыхаясь от ветра, увязая в сугробах?... Никто не заставил бы нас мерзнуть в этом холодном сарае, где дыхание оседало белой изморозью на лицах, руках и одежде..." (Чингиз Айтматов, "Первый учитель"). А может стоит прислушаться хотя бы к некоторым "сынам века", которые давно поняли, что "вторичная неграмотность" развивается в раннем возрасте, после того, как дети только научились читать (Р.Леман). Но почему же им вдруг становится скучно и утомительно читать? А может быть потому, что и наша вина есть в том? Ведь очень "часто не любят читать дети, которые поздно научились это делать... Был упущен так называемый "сензитивный период" (период развития, в который организм особенно чувствителен и восприимчив к обучению)" (И.Мамаева). И стоит ли удивляться, что, со временем, наши дети совсем перестают читать и погружаются в социальные сети, погрязают в видеоиграх и прочих виртуальных "реальностях". Пассивность, неврологическая зависимость, информационные болезни, низкая мыслительная активность - это лишь часть негативных последствий нашей духовно-интеллектуальной "темности".

А ведь чтение, это не только эстетическое наслаждение, чтение это также интеллектуальное, умственно-духовное развитие. Читая, мы развиваем отделы мозга, отвечающие за воображение, аналитическое и абстрактное мышление, за генерацию новых идей и открытий. "Если мозг постоянно используется и обучается, то имеет место биологический рост густоты, плотности и сложности межклеточных соединений, т.е. интеллект человека растет" (Т.Бьюзен). Регулярная работа мозга позволяет предотвратить развитие синдрома Альцгеймера... Кроме прочего, кризис чтения - это и духовный кризис. Не от того ли убогость мысли и интеллектуальный паралич поражает наши общины? Не от того ли и справедлива самокритика "сынов света", что "христианство обессилило в сфере интеллектуальной значимости" (Гарри Блэймерс)?

"До первых снегов мы ходили в школу вброд через каменистую речку, что шумела под бугром. А потом ходить стало невмоготу - ледяная вода обжигала ноги. Особенно страдали малыши, у них даже слезы навертывались на глаза. И тогда Дюйшен стал на руках переносить их через речку..." (Чингиз Айтматов, "Первый учитель"). Правду говорят, что учитель это третий родитель ребенка, а иногда и... единственный родитель. Власть учителя - это прежде всего власть служить своим ученикам, власть нести их бремя и крест, как свой собственный. Таких учителей не забывают, ведь такие учителя никогда не ставят "крест" на своих учениках. И даже в самых трудных обстоятельствах, они верно и послушно следуют велению учительского сердца, сердца посвященного служению детям. Именно такие школьные учителя и обладают властью над умами и сердцами детей, властью "о которой премьер-министры могут только мечтать" (У.Черчиль).

Пройдет время и бывшая ученица Дюйшена, Алтынай, станет очень известной, профессором, доктором наук. В своем же сердце она всегда будет носить память о своем первом учителе: "И сейчас он стоит перед моими глазами... Каждое слово учителя, каждая буква, показанная им, - все для меня было свято. И не было для меня ничего важнее на свете, чем постигнуть то, чему учил Дюйшен. Я берегла тетрадь, которую он дал мне, и потому выводила буквы острием серпа на земле, писала углем на дувалах, прутиком на снегу и на дорожной пыли. И не было для меня на свете никого ученее и умнее Дюйшена". Такие учителя не умирают в сознании своих учеников... Господи, благослови нашу общину и наши церкви такими учителями! Учителями, способными на руках переносить учеников своих через бурные "реки" детских сомнений и потрясений...

"Напиши картину и назови ее "Первый учитель". Это может быть тот момент, когда Дюйшен переносит на руках ребятишек через речку, а мимо на сытых диких конях проезжают глумящиеся над ним тупые люди в красных лисьих малахаях... А не то напиши, как учитель провожает Алтынай в город. Помнишь, как крикнул он в последний раз! Напиши такую картину, чтобы она, как крик Дюйшена, который до сих пор слышит Алтынай, отозвалась в сердце каждого человека..." (Чингиз Айтматов, "Первый учитель"). В сердце каждого человека...

*) Дехканский - базарный.

**) Кетмень - старинное ручное орудие труда типа мотыги для обработки земли.

Иван Лещук, livan@usa.com



Copyright @ 2006 Sacweekly.com. All rights reserved